21/08: Вена
Я всё понял! Когда едешь в незнакомый город в незнакомой стране, надо ехать туда ночью и гулять ночью. Нет толп туристов, нет толп граждан, озабоченно торопящихся на работу и с работы, нет дурацких, одинаковых в любом месте мира сувенирных магазинов, автобусов нет, мудаков за рулем на дорогах гораздо меньше, чем днем. На улицах только умеренное количество хорошо одетых граждан в разной степени подпития веселья, прогуливающихся и наслаждающихся обществом друг друга и окружающими их красотами урбанизации. Единственный оборванец на улице - ваш покорный слуга. :)
Я прибыл в Вену, что в Австрии...
...в десять вечера. Самолет в Москву в полвосьмого утра. За час до вылета распечатал страницу викитревел, посвященную Вене: 64 страницы. 64! Архитектура, сосиски, знаменитости былых дней... Чудный, как утверждает интернет, Венский Кофе. Кофе упускать было нельзя, так что я сориентировался на местности в аэропорту, добился признания милой служащей Австрийских авиалиний, что самолет в Москву действительно полетит утром, что нет, раньше самолета нет, что да, они знают, что я собираюсь на этом самолете лететь, что... нет, они не знают, что я отдавал им чемодан и хотел бы забрать его в Москве, но она сейчас поищет и ...да, вот он, нашелся мой чемодан,серый в елочку... Одним словом, сел я на электричку (венский аэропорт не в самой Вене, километрах в 20 от нее) и к полдвенадцатого ночи уже изрядно голодный прибыл в центр Вены.
Напомню, что всё это в подтверждение того, что надо ездить осматривать достопримечательности по ночам. Сейчас дело приближается к полвторому ночи, я сижу допиваю Чудный Венский Кофе, заедая его яблочным струделем, и покамест приобщился к следующим событиям.
Люди говорят по-английски (за исключением потерявшегося среди ночи в Вене словака в костюме и галстуке). Со словаком мы объяснились на смеси русского и наверное словацкого, он меня спрашивал, где что здесь находится. Я к этому моменту шел по какому-то местному променаду с венским хотдогом в одной руке, бутылкой пива в другой, в своих драных джинсах и слегка помятой в ходе поездки майке и, если б не болтавшийся на плече фотоаппарат, который словак явно не заметил, вполне б сошел за местного. Это с точки зрения приезжего, конечно (на самом деле местные тут похоже одеваются совсем не так).
На платформе местная девушка любезно объяснила, на какой мне надо поезд. Ей было по пути, поэтому она не менее любезно сообщила, где мне сходить. В процессе поездки, правда, выяснилось, что она не очень местная, и вообще чешка из Канады. Она закончила колледж, осенью начинает аспирантуру по преподаванию, в Оттаве, очень удивилась, что я семь лет парился в аспирантуре в Беркли, да еще после этого работаю постдоком (в то, что это настоящая работа, а не продолжение аспирантуры, она не поверила). Сама думает, что аспирантура занимает 4 года, и после этого сразу устраиваешься работать профессором. Я не стал её разубеждать.
До кафе и оживленных мест я добрался к полуночи, то есть как раз, когда все кафе закрылись. К счастью, продающие сосиски киоски продолжали работать и не дали умереть с голода. Закрытые кафе однако покоя не давали: как же так, неужели придется уехать, не попробовав Чудного Венского Кофе? Проходя мимо очередного темного фасада со столиками, мне, хоть уже и сытому, стало было обидно, но внимание привлекла необычная изящность фасада. "Вот, блин, цивилизация", - подумал я, - "даже кафе у них как дворцы". Примерно в этот момент я понял, что это не кафе, не совсем кафе. Вернее, оно, конечно, кафе, но расположилось меж колонн Венской оперы! Той самой, которая открылась в 1869 году Дон Жуаном Моцарта. Той
самой, которую спустя менее ста летнахуй разбомбили доблестные защитники Советской Родины, а
аборигены заново отстроили, и она вновь открылась, на этот раз единственной оперой Бетховена - Фиделио. Теперь там кафе. По ночам оно закрыто.
Рядом с нижней ступенькой входа в небольшую, но эффектную и в меру громкую дискотеку отдыхала, лежа на спине, эффектно одетая молодая женщина, сложив ноги на крыльцо. Над ней трогательно склонился молодой человек.
Открытое кафе нашлось. Сначала вдоль променада стали попадаться звезды с именами знаменитостей, вроде как в Голливуде. Со звездами я фотографировался. Потом появилась странная херня с золотистым шаром из листьев на крыше, называется Secession кажется (надо будет завтра пересмотреть фотографии, может это пиво такое здесь, примерещилось). Потом набрел на кафе, в котором сейчас и сижу. Кафе вроде круглосуточное, но постепенно из него все ушли, я остался один, тоже сейчас пойду. Ушла уже даже громкая и очень веселая женшина лет пятидесяти, которая пела и танцевала последние минут сорок, потом ругалась с почтенным шестидесятилетним херром в белой рубахе и шляпе. Херр внимательно слушал, бармен и официантка улыбались. Сейчас все ушли, надо и мне. Я подозреваю, что впереди ещё будут чудесные люди.
[ушел]
Остаток ночи прошел интересно и познавательно, но без значительного взаимодействия с местным населением. Граждане,
нажравшись погуляв, культурно разошлись по домам, только молодежь, которой любить друг друга как всегда негде, временами попадалась на глаза сидящей на лавочках в темных углах.
Видел дом, где жил Бетховен. Сфотографировался, поставив фотоаппарат на багажник припаркованной BMW. Заходивший в этот момент в соседний подъезд херр вежливо пролопотал что-то по-немецки, глядя, как я ковыряюсь в темноте с малопонятным прибором возле багажника соседской машины в четвертом часу ночи. Было видно, что его несколько озадачило
отсутствие у меня реакции на его появление. Мальчик (я) "жестами объяснил, что его зовут Хуан" и показал на вывеску над бывшей бетховенской дверью. Херр с пониманием кивнул, извинился (!!?) и ушел. "Вот она, адекватная оценка обстановки и вытекающее оптимальное использование ресурсов!" - подумал я ненабитой мордой.
До Москвы добрался строго по плану, еду в электричке из аэропорта. Посмотрим.
Я прибыл в Вену, что в Австрии...
...в десять вечера. Самолет в Москву в полвосьмого утра. За час до вылета распечатал страницу викитревел, посвященную Вене: 64 страницы. 64! Архитектура, сосиски, знаменитости былых дней... Чудный, как утверждает интернет, Венский Кофе. Кофе упускать было нельзя, так что я сориентировался на местности в аэропорту, добился признания милой служащей Австрийских авиалиний, что самолет в Москву действительно полетит утром, что нет, раньше самолета нет, что да, они знают, что я собираюсь на этом самолете лететь, что... нет, они не знают, что я отдавал им чемодан и хотел бы забрать его в Москве, но она сейчас поищет и ...да, вот он, нашелся мой чемодан,
Напомню, что всё это в подтверждение того, что надо ездить осматривать достопримечательности по ночам. Сейчас дело приближается к полвторому ночи, я сижу допиваю Чудный Венский Кофе, заедая его яблочным струделем, и покамест приобщился к следующим событиям.
Люди говорят по-английски (за исключением потерявшегося среди ночи в Вене словака в костюме и галстуке). Со словаком мы объяснились на смеси русского и наверное словацкого, он меня спрашивал, где что здесь находится. Я к этому моменту шел по какому-то местному променаду с венским хотдогом в одной руке, бутылкой пива в другой, в своих драных джинсах и слегка помятой в ходе поездки майке и, если б не болтавшийся на плече фотоаппарат, который словак явно не заметил, вполне б сошел за местного. Это с точки зрения приезжего, конечно (на самом деле местные тут похоже одеваются совсем не так).
На платформе местная девушка любезно объяснила, на какой мне надо поезд. Ей было по пути, поэтому она не менее любезно сообщила, где мне сходить. В процессе поездки, правда, выяснилось, что она не очень местная, и вообще чешка из Канады. Она закончила колледж, осенью начинает аспирантуру по преподаванию, в Оттаве, очень удивилась, что я семь лет парился в аспирантуре в Беркли, да еще после этого работаю постдоком (в то, что это настоящая работа, а не продолжение аспирантуры, она не поверила). Сама думает, что аспирантура занимает 4 года, и после этого сразу устраиваешься работать профессором. Я не стал её разубеждать.
До кафе и оживленных мест я добрался к полуночи, то есть как раз, когда все кафе закрылись. К счастью, продающие сосиски киоски продолжали работать и не дали умереть с голода. Закрытые кафе однако покоя не давали: как же так, неужели придется уехать, не попробовав Чудного Венского Кофе? Проходя мимо очередного темного фасада со столиками, мне, хоть уже и сытому, стало было обидно, но внимание привлекла необычная изящность фасада. "Вот, блин, цивилизация", - подумал я, - "даже кафе у них как дворцы". Примерно в этот момент я понял, что это не кафе, не совсем кафе. Вернее, оно, конечно, кафе, но расположилось меж колонн Венской оперы! Той самой, которая открылась в 1869 году Дон Жуаном Моцарта. Той
самой, которую спустя менее ста лет
аборигены заново отстроили, и она вновь открылась, на этот раз единственной оперой Бетховена - Фиделио. Теперь там кафе. По ночам оно закрыто.
Рядом с нижней ступенькой входа в небольшую, но эффектную и в меру громкую дискотеку отдыхала, лежа на спине, эффектно одетая молодая женщина, сложив ноги на крыльцо. Над ней трогательно склонился молодой человек.
Открытое кафе нашлось. Сначала вдоль променада стали попадаться звезды с именами знаменитостей, вроде как в Голливуде. Со звездами я фотографировался. Потом появилась странная херня с золотистым шаром из листьев на крыше, называется Secession кажется (надо будет завтра пересмотреть фотографии, может это пиво такое здесь, примерещилось). Потом набрел на кафе, в котором сейчас и сижу. Кафе вроде круглосуточное, но постепенно из него все ушли, я остался один, тоже сейчас пойду. Ушла уже даже громкая и очень веселая женшина лет пятидесяти, которая пела и танцевала последние минут сорок, потом ругалась с почтенным шестидесятилетним херром в белой рубахе и шляпе. Херр внимательно слушал, бармен и официантка улыбались. Сейчас все ушли, надо и мне. Я подозреваю, что впереди ещё будут чудесные люди.
[ушел]
Остаток ночи прошел интересно и познавательно, но без значительного взаимодействия с местным населением. Граждане,
Видел дом, где жил Бетховен. Сфотографировался, поставив фотоаппарат на багажник припаркованной BMW. Заходивший в этот момент в соседний подъезд херр вежливо пролопотал что-то по-немецки, глядя, как я ковыряюсь в темноте с малопонятным прибором возле багажника соседской машины в четвертом часу ночи. Было видно, что его несколько озадачило
отсутствие у меня реакции на его появление. Мальчик (я) "жестами объяснил, что его зовут Хуан" и показал на вывеску над бывшей бетховенской дверью. Херр с пониманием кивнул, извинился (!!?) и ушел. "Вот она, адекватная оценка обстановки и вытекающее оптимальное использование ресурсов!" - подумал я ненабитой мордой.
До Москвы добрался строго по плану, еду в электричке из аэропорта. Посмотрим.
rufina wrote: